Полный запрет морских услуг для российских танкеров: как санкции ЕС оказались в подвешенном состоянии
Европейская комиссия в феврале 2026 года предложила в рамках 20-го пакета санкций ввести полный запрет на оказание морских услуг для танкеров, перевозящих российскую нефть. Однако из-за целого ряда факторов — от смены позиции США до резкого роста цен на нефть и вето со стороны Греции и Мальты — инициатива оказалась в подвешенном состоянии, а в июньском 21-м пакете санкций о ней даже не упомянули, сообщает Euronews.
Предыстория: как цена заменила запрет
Идея запрета морских услуг для российских танкеров не нова. Евросоюз впервые попытался ввести такую меру в 2022 году в рамках эмбарго на импорт российской нефти и нефтепродуктов. Логика была простой: если ЕС перестает покупать российскую нефть, он не должен помогать и ее перевозить.
Однако тогда, на фоне роста инфляции и энергетических цен, администрация президента США Джо Байдена убедила европейцев вместо полного запрета установить ценовой потолок — так появился механизм, позволяющий оказывать услуги при условии продажи нефти ниже установленного лимита. В декабре 2022 года потолок для российской нефти был установлен на уровне 60 долларов за баррель.
С тех пор ЕС столкнулся с проблемами принудительного исполнения этого механизма. Россия задействовала так называемый теневой флот для обхода западного контроля, а слабая система подтверждения соответствия, колебания цен и отсутствие участия Китая и Индии еще больше запутали картину. В Брюсселе пришли к выводу, что пришло время перейти к следующему этапу и заменить потолок полным запретом морских услуг.
Как план пошел не по сценарию
В феврале 2026 года председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен представила 20-й пакет санкций, в котором морские услуги стали центральным элементом. Запрет должен был охватить все: от банковского обслуживания и страхования до судоходства и регистрации судов.
Однако сама фон дер Ляйен заявила, что полный запрет будет вводиться «в координации с партнерами после решения G7». Привязка к G7, как это было с ценовым потолком, подняла планку выше контроля Брюсселя. Преемник Байдена Дональд Трамп кардинально изменил политику США в отношении России, и его администрация не проявила интереса ни к ценовому потолку, ни к каким-либо совместным действиям.
Вскоре после этого США и Израиль нанесли удары по Ирану, Ормузский пролив закрылся, и цены на нефть взлетели до небес. Рыночная турбулентность усилила позиции Греции и Мальты — скептиков с мощными судоходными отраслями, традиционно вовлеченными в торговлю российской энергией. Средиземноморский дуэт заявил, что без соглашения G7 они наложат вето.
Когда 23 апреля 2026 года санкционный пакет был утвержден, запрет морских услуг был принят лишь в принципе. Его активацию отложили на неопределенный срок до «координации и рассмотрения» в рамках G7. При этом Еврокомиссия уточнила, что соглашение G7 не является абсолютным предусловием, однако без него Греция и Мальта блокируют реализацию меры.
Экономические интересы Греции как главный тормоз
Греция, Мальта и Кипр настаивают на необходимости соглашения G7 — условие, которое некоторые дипломаты считают тактикой, призванной гарантировать, что запрет никогда не увидит свет. Афины особенно решительно защищают свою судоходную индустрию.
По данным Financial Times, греческая судоходная отрасль заработала не менее 3,8 миллиарда долларов (около 3,35 миллиарда евро) на перевозках российской нефти за последние три года. Кроме того, восемь из 20 компаний, получивших наибольшую прибыль от российских поставок с июля 2023 года (по данным Financial Times), являются греческими.
В ходе переговоров по 21-му пакету санкций Греция использовала право вето, чтобы добиться исключения, позволяющего продолжать перевозки российского СПГ для клиентов вне ЕС после 1 января 2027 года. Это исключение распространяется на контракты, заключенные до начала конфликта, с условием ежегодного пересмотра. Когда фон дер Ляйен представляла 21-й пакет в июне, она не предлагала активировать запрет на морские услуги — и вообще не упоминала о нем.
Мнения сторон
Швеция и Финляндия, наиболее активные сторонники, продолжают призывать к введению запрета. Страны Балтии, Польша, Дания и Нидерланды также поддерживают план, как и Украина.
«Работа над полным запретом морских услуг является важной частью этих усилий, поскольку это значительно увеличило бы транспортные расходы и гарантировало, что ни один субъект ЕС не участвует в поддержке торговли российской нефтью, углем или газом», — заявила министр иностранных дел Швеции Мария Мальмер Стенергард в комментарии Euronews.
Айзек Леви, старший аналитик Центра исследований энергетики и чистого воздуха, предупреждает о сложности меры:
«Хорошо рассчитанный и обеспеченный запрет на морские услуги сжал бы танкерные мощности России, повысил транспортные расходы и нарушил ключевой нефтяной экспорт Кремля. Но внезапный запрет может подтолкнуть вверх мировые цены на нефть, частично компенсируя удар по российским доходам».
Он предлагает альтернативу:
«ЕС следует использовать это исключительное влияние, чтобы сокрушить доходы России, не удаляя ее нефть с рынка: строго соблюдать ценовой потолок».
Санкционные перспективы
При этом стоит отметить, что в 21-м пакете санкций ценовой потолок был заморожен на уровне 44 долларов за баррель до 15 июля 2027 года в связи с нестабильностью на рынке после закрытия Ормузского пролива. Это означает, что рекомендация аналитика о строгом соблюдении потолка реализована лишь частично — уровень зафиксирован, но механизмы принуждения по-прежнему вызывают вопросы у экспертов.
Ситуация вокруг запрета морских услуг демонстрирует внутренние противоречия в европейской санкционной политике. Несмотря на публичную риторику о необходимости ограничить российские энергетические доходы, страны-члены ЕС, имеющие мощные судоходные отрасли, блокируют введение действительно жёстких мер, руководствуясь собственными экономическими интересами.
Несмотря на санкционное давление, для России сохраняются каналы экспорта нефти с участием европейских компаний, а также сохраняется спрос на российскую нефть со стороны стран, не присоединившихся к ограничениям. Европейский ценовой потолок, по мнению экспертов, остается «бумажным тигром» без серьезного механизма принуждения — как ограничение скорости без камер, полиции и штрафов. Заморозка потолка на уровне 44 долларов за баррель до середины 2027 года лишь подтверждает, что механизм остаётся скорее политическим заявлением, чем эффективным инструментом давления.