Восемь имен спустя 81 год: ДНК и новый спор о Волыни

Пока семьи получают результаты идентификации, Польша и Украина начинают новые эксгумации и снова спорят о границах исторической памяти.

Польские специалисты установили личности восьми человек, чьи останки нашли в бывшем селе Пужники на территории современной Тернопольской области Украины. Это первый случай, когда ДНК-анализ позволил назвать польских жертв массовых убийств, совершенных украинскими националистами в годы Второй мировой войны, сообщает Notes from Poland.

Восемь имен вместо безымянной могилы

Останки обнаружили во время польско-украинской экспедиции весной 2025 года. Исследователи нашли захоронение более чем 40 человек, после чего генетики Поморского медицинского университета в Щецине начали сравнивать полученные образцы с ДНК предполагаемых родственников.

Удалось установить личности Брониславы и Марии Карпиньских, Марии и Владиславы Шафраньских, Миколая Шафраньского, Адольфа и Бронислава Данцевичей, а также Хенрика Федоровича. Семьям передали сертификаты об идентификации, а на месте перезахоронения теперь могут появиться таблички с именами погибших.

Пужники были польским селом в Восточной Галиции, которое исчезло после войны. В ночь с 12 на 13 февраля 1945 года его жителей атаковали украинские националисты; польские источники связывают убийства с подразделением Украинской повстанческой армии. Оценки общего числа погибших различаются, однако найденное захоронение подтвердило гибель в том числе женщин и детей.

Эксгумация стала возможна после многолетнего перерыва. В 2017 году Украина прекратила выдавать разрешения польским специалистам на поисковые и эксгумационные работы после демонтажа памятника бойцам УПА в польском Грушовиче. Сотрудничество возобновилось после договоренностей Варшавы и Киева в начале 2025 года.

Почему поиски на Волыни продолжаются именно сейчас

На следующий день после объявления результатов ДНК-исследования польский Институт национальной памяти начал новый этап эксгумаций в Острувках и Воле-Островецкой в Волынской области. Места предполагаемых захоронений обнаружили во время поисков в апреле 2026 года.

В работах участвуют польские и украинские специалисты, сотрудники Института национальной памяти Польши, представители украинской организации «Волынские древности» и судебные медики. Исследование сочетает работу с архивами и показаниями свидетелей, археологические раскопки, судебную антропологию и последующее сравнение ДНК.

Острувки и Воля-Островецкая были уничтожены в августе 1943 года и сегодня не существуют как населенные пункты. Польские археологи предполагают, что в одном из ранее не известных захоронений могут находиться останки нескольких сотен человек, однако точное число можно будет установить только по итогам работ.

Украина заявляет, что продолжит выдавать разрешения на поиск и перезахоронение польских жертв. Одновременно глава Украинского института национальной памяти Александр Алферов призвал Варшаву предоставить украинским специалистам доступ к местам захоронений в Сагрыни и Ласкове на территории Польши.

По его словам, эксгумации должны продолжаться независимо от политических разногласий. Киев рассчитывает, что принцип взаимности позволит искать не только польских погибших в Украине, но и украинцев, ставших жертвами насилия на территории современной Польши.

Как останки стали частью современной политики

Польша и Украина по-разному описывают события 1940-х годов. Варшава квалифицирует массовые убийства польского населения на Волыни и в Восточной Галиции как геноцид, совершенный Организацией украинских националистов и Украинской повстанческой армией. В Украине чаще используют выражение «Волынская трагедия» и рассматривают произошедшее в контексте более широкого польско-украинского конфликта, включавшего также убийства украинцев.

Новый виток спора начался после решения президента Украины Владимира Зеленского присвоить одному из военных подразделений почетное наименование, связанное с УПА. Президент Польши Кароль Навроцкий в ответ лишил Зеленского ордена «Белого орла», после чего несколько украинских политиков отказались от полученных ранее польских наград.

Польские политики все чаще связывают отношение Украины к историческим преступлениям с ее европейской интеграцией. Премьер-министр Дональд Туск заявил, что государство, претендующее на членство в Евросоюзе, должно быть готово открыто говорить о прошлом. В Киеве подобные требования воспринимают как попытку поставить украинскую историческую память под внешний политический контроль.

При этом именно поисковые работы остаются одной из немногих областей, где сотрудничество двух стран продолжается, несмотря на ухудшение политических отношений. Польские и украинские специалисты вместе обнаруживают захоронения, собирают образцы и пытаются вернуть погибшим имена, хотя правительства по-прежнему расходятся в оценке причин, масштаба и правовой квалификации трагедии.

История Пужников показывает, как меняется сам предмет спора. Пока политики обсуждают геноцид, национальных героев и условия вступления Украины в ЕС, генетическое исследование возвращает разговор к конкретным людям — Брониславе, Марии, Миколаю, Адольфу и другим погибшим, чьи родственники ждали ответа более восьми десятилетий.