Правые надели балаклавы — Фарадж предложил запретить и никаб

В Британии годами обходились без общего запрета на закрытие лица в общественных местах, в том числе по религиозным причинам. Даже новый закон, ограничивающий ношение масок на протестах, сохранил исключение для религиозных покрытий лица. Теперь после акций против нелегальной миграции, где сотни правых скрывали лица балаклавами, Найджел Фарадж предлагает общее правило: запретить полностью закрывать лицо в общественных местах — в том числе никабом или буркой.

Правые в масках дали запрету новый повод

5 сентября сотни противников миграции в черной одежде и балаклавах перекрыли дороги к порту Дувра — крупнейшему паромному узлу Великобритании. Они скандировали «Stop the boats» и на несколько часов нарушили движение. На следующий день похожая акция прошла в Портсмуте: сотни протестующих попытались помешать вывозу прибывших через Ла-Манш мигрантов, произошли столкновения с полицией.

Фарадж поддержал претензии протестующих к миграционной политике. Он прямо написал, что причин протестовать против нее достаточно. Балаклавы и блокирование дорог лидер Reform UK осудил.

Через несколько дней он предложил запретить полное сокрытие лица в общественных местах. Отдельно уточнил: религиозные покрытия тоже. Объясняя инициативу, Фарадж упомянул активистов в Дувре, банды, магазинных воров и левых радикалов, а затем сформулировал общий принцип — человек в общественном месте не должен скрывать лицо.

Политически это гораздо удобнее старого разговора о бурке. Призыв запретить никаб и бурку сразу вызывает спор о религиозной свободе и дискриминации. Балаклава на человеке, который перекрывает порт или вступает в конфликт с полицией, переводит разговор к безопасности, анонимности и общественному порядку.

Бурка уже раскалывала Reform

Еще в июне 2025 года депутат Reform Сара Почин спросила Кира Стармера, готов ли он вслед за Францией, Данией и Бельгией запретить бурку. Партия тогда специально объяснила, что такой запрет не является ее политикой. Председатель Reform Зиа Юсуф назвал странным требование к премьеру провести меру, которую не предлагает сама партия, и вскоре на фоне конфликта ушел с поста — правда, через два дня вернулся. Фарадж тогда говорил о необходимости «дискуссии» о закрытых лицах.

Правительство тоже занимало четкую позицию. В июне 2025 года оно официально заявило, что не собирается вводить общий запрет ни для религиозных, ни для обычных покрытий лица. Власти ссылались на свободу религии и выражения, защищенную Европейской конвенцией по правам человека.

Тема оставалась частью борьбы на правом фланге. В августе, как писал RTVI, бывший соратник Фараджа Руперт Лоу включил запрет бурки в условия возможного союза с Reform UK.

К 2026 году внутри Reform отношение уже начало меняться. В феврале Юсуф публично поддержал запрет всех покрытий лица, включая бурку и балаклаву. Детального проекта с исключениями и санкциями у партии тогда еще не было.

Закон уже ограничивает маски на протестах — и сохраняет религиозное исключение

Британские власти начали бороться с маскировкой на протестах еще до событий в Дувре.

По Crime and Policing Act 2026 полиция Англии и Уэльса может обозначить территорию вокруг протеста, где ожидаются правонарушения. В такой зоне сокрытие личности становится отдельным преступлением. Максимальное наказание — месяц заключения, штраф до £1 тыс. или оба наказания.

Закон делает исключение для тех, кто закрывает лицо по состоянию здоровья, из-за работы или по религиозным причинам. Правительство отдельно подчеркивает это в разъяснениях.

Протестующего, который натянул балаклаву, чтобы скрыть личность, могут привлечь к ответственности, а для религиозного покрытия лица действует отдельное исключение. Здесь возникает очевидная проблема правоприменения: полиции приходится разбираться в том, зачем человек скрывает лицо.

Балаклава оказалась удобным путем к никабу

Правые в балаклавах дали Фараджу гораздо более удобный аргумент: теперь инициативу сложнее представить как запрет, направленный исключительно против мусульман.

После Дувра у него появился другой набор аргументов: сотни мужчин с закрытыми лицами, перекрытые дороги, преступники, скрывающие личность, и простой вопрос — должен ли человек иметь возможность сознательно прятать лицо в общественном месте. Дальше тот же запрет можно распространить на всех.

Так старое требование правых получает новую упаковку. Вместо отдельного запрета исламской одежды предлагается единый критерий: показывать лицо должны и мусульманка в никабе, и противник миграции в балаклаве, и левый активист в маске.

Доказательств того, что Фарадж ждал именно такого протеста ради запрета бурки, нет. Но момент для него оказался почти идеальным. Правительство резко осудило действия замаскированных участников акций, а полиция после событий в Дувре и Портсмуте столкнулась с вопросами о том, почему не смогла предотвратить беспорядки. Защищать право замаскированной толпы сохранять анонимность политически сложно.

А вместе с этим значительно проще задать следующий вопрос: если открытое лицо требуется ради безопасности, почему религиозная причина должна давать отдельное исключение?

Британия до сих пор обходилась без общего запрета

Сам Фарадж ссылается на страны континентальной Европы, где подобные правила давно существуют. Во Франции общий запрет на сокрытие лица в общественном пространстве действует с 2011 года. Он охватывает улицы, магазины, вокзалы и общественный транспорт и касается как бурки, так и балаклавы, если закон не предусматривает исключение.

Британия до сих пор предпочитала точечные ограничения: школа или учреждение может устанавливать свои правила, полиция получает дополнительные полномочия в конкретной протестной зоне, а общий запрет государство отвергает.

Фарадж предлагает от этой модели отказаться.

Пока у Reform нет опубликованного законопроекта с перечнем исключений, наказаний и точным определением общественного пространства. Останутся вопросы о медицинских масках, защитной экипировке, мотоциклетных шлемах и других очевидных случаях.

Британия много лет могла обсуждать никаб как вопрос религиозной свободы и откладывать общий запрет. Несколько сотен противников миграции в одинаковых черных балаклавах резко поменяли политическую картинку. После Дувра закрытое лицо стало ассоциироваться прежде всего с анонимностью и устрашением.

Ирония в том, что именно правые протестующие помогли сделать политически удобнее давнюю правую идею, которая сильнее всего ударит по исламским покрытиям лица.