Оценки, деньги и конкуренция: как устроены школы в Швеции

Швеция с 2028 года начнет переходить на новую систему оценивания: нынешние национальные тесты заменят централизованно проверяемыми выпускными экзаменами, а их результаты станут частью конкурсного балла. Правительство объясняет реформу необходимостью сделать оценки сопоставимее и бороться с необоснованно высокими баллами — проблемой особенно чувствительной для страны, где почти треть старшеклассников учится в независимых школах, которые финансируются государством.

Школа частная, счет — государству

Шведская модель появилась в начале 1990-х. После реформы 1992 года семьи получили больше свободы при выборе школы, а независимые учебные заведения — friskolor — право на государственное финансирование на сопоставимых с муниципальными школами условиях. Принцип довольно простой: деньги следуют за учеником туда, где он решил учиться.

Для семьи такая школа не превращается в обычное частное образование с высокой платой: обучение остается бесплатным, а финансирование friskolor поступает из публичных средств. При этом независимым оператором может быть не только фонд или родительская организация, но и коммерческая компания.

За три десятилетия этот сектор перестал быть нишевым. По данным OECD, в 2024/25 учебном году в независимых школах учились 17% детей обязательной школы и 32% учеников гимназий — шведской старшей школы. После того как Чили отказалась от аналогичной модели, Швеция осталась единственной страной OECD с крупным сектором ориентированных на прибыль школ, работающих на государственные деньги.

При этом финансирование не устроено по принципу «лучше оценки — больше денег». Размер выплат зависит прежде всего от числа учеников и образовательной программы. Skolverket ежегодно устанавливает расчетные суммы для независимых гимназий, причем они различаются в зависимости от направления обучения. Высокий балл ученика сам по себе школе дополнительных денег не приносит.

«Слишком хорошие» оценки

Экономический стимул работает иначе. Если деньги следуют за учеником, школе важно, чтобы ее выбирали — и чтобы учащиеся не уходили к конкурентам. А результаты выпускников становятся одним из факторов, по которым семьи сравнивают учебные заведения.

Проблема различий в оценивании существует не только в политической риторике. В 2016 году исследователи шведского Института оценки рынка труда и образовательной политики IFAU сравнили более 48 тыс. национальных работ, которые сначала проверяли сами школы, а затем повторно — внешние проверяющие. В независимых гимназиях одни и те же работы в среднем оценивали несколько щедрее, чем в муниципальных. При этом авторы исследования подчеркивали: само по себе такое расхождение еще не объясняет его причину.

Но и обратная крайность — считать, что friskolor автоматически выдают ученикам красивые аттестаты вместо образования, — исследованиями не подтверждается. Работа IFAU 2025 года, посвященная быстрому расширению независимых гимназий в 2000-х, не обнаружила, что более широкий доступ к таким школам сам по себе повышал оценки или вероятность закончить гимназию. Исследователи нашли другие эффекты: учащиеся несколько чаще выбирали профессиональные программы и реже — естественно-научные и технические направления.

Поэтому история не сводится к простой схеме «частник получает бюджетные деньги и раздает высокие баллы». Вопрос глубже: насколько вообще можно сравнивать оценки, которые выставляют разные школы и разные учителя, если потом именно эти оценки участвуют в конкурсе за места в университетах.

Оценка в аттестате действительно имеет цену

В Швеции сейчас нет прямого аналога российского ЕГЭ, который одновременно был бы единым выпускным экзаменом и основным инструментом поступления в университет. Национальные школьные тесты существуют, но пока они служат прежде всего опорой для учителя при выставлении итоговой оценки и не определяют ее автоматически. С 2028 года этот принцип начнут менять.

Для абитуриента разница между более строгой и более щедрой школой вполне материальна. При конкурсном отборе на программы высшего образования минимум треть мест распределяется по школьным оценкам. Еще минимум треть — среди тех, кто сдавал отдельный стандартизированный тест Högskoleprovet. До трети мест университет может распределять по альтернативным критериям.

Сам Högskoleprovet сдавать обязан не каждый выпускник. Если школьных оценок достаточно, абитуриент может участвовать в конкурсе только по ним. Если он сдал тест, то получает возможность одновременно оказаться в нескольких группах отбора.

Поэтому вопрос о том, одинаковый ли вес имеет высокая оценка в разных школах, выходит далеко за пределы школьного дневника.

Именно это государство теперь пытается изменить. Новые национальные выпускные экзамены будут проверяться централизованно и должны дать внешний показатель знаний, который можно сопоставлять между школами. Их результаты будут использоваться вместе с оценками учителей при расчете нового конкурсного показателя. Первые такие экзамены правительство рассчитывает провести в 2029 году, а новую модель конкурсных баллов — использовать с лета 2031-го.

От школьных оценок спор дошел до прибыли

Одновременно Швеция пересматривает правила для самих независимых школ. В июне правительство внесло в Риксдаг законопроект, который должен ужесточить требования к частным операторам. Он предусматривает ограничения на вывод средств при открытии школы, смене владельца и некоторых нарушениях, дополнительные требования к финансовой устойчивости и возможность в ряде случаев потребовать вернуть полученные бюджетные деньги. Если парламент одобрит изменения, их предлагается ввести с 1 июля 2027 года.

Полностью вытеснять коммерческих операторов из образования правительство не предлагает. Его подход другой: оставить возможность зарабатывать на этом рынке, но сильнее ограничить ситуации, когда стремление к прибыли, по оценке властей, начинает отражаться на качестве. Среди проблем сектора правительство называет необоснованно высокие оценки, использование неквалифицированных учителей и нарушения при расходовании школьного финансирования.

Социал-демократы предлагают пойти значительно дальше. Перед выборами 2026 года партия выступает за постепенный полный запрет извлечения прибыли из школ. Сначала она предлагает ограничить перемещение бюджетных денег и изменить механизм финансирования, а затем подготовить законодательство о полном запрете прибыли в школах, гимназиях и дошкольных учреждениях.

При этом утверждение социал-демократов о том, что нынешняя система системно ухудшает качество образования, остается частью партийной аргументации, а не установленным фактом.

В итоге один из старых символов шведской свободы выбора оказался в довольно необычной точке. Право семьи выбрать независимую школу пока никто не отменяет. Но государство одновременно собирается централизованно проверять выпускные экзамены, сильнее следить за движением бюджетных денег и решает, насколько далеко вообще может заходить бизнес в бесплатном образовании.

Эксперимент, начавшийся больше 30 лет назад с идеи дать семьям больше выбора и заставить школы конкурировать за учеников, теперь проходит собственную проверку — уже не школьную.