Берлин и Брюссель на пути к конфликту из-за цен на лекарства
Система обязательного медицинского страхования Германии столкнулась с дефицитом, который, по прогнозам, в следующем году составит €19 млрд. Правительство Фридриха Мерца намерено закрыть брешь за счет фармпроизводителей: закон, вступающий в силу в январе 2027 года, обязывает их удвоить обязательные скидки на патентованные лекарства — с 7 до 15,5%. Индустрия и европейские регуляторы обеспокоены: по мнению экспертов, такие меры подрывают конкурентоспособность отрасли и противоречат курсу Брюсселя на создание единого фармацевтического рынка, сообщает EUperspectives.
Как Германия собирается латать дыры в страховой системе
Федеральный канцлер Фридрих Мерц провел через Бундестаг и Бундесрат масштабную реформу системы обязательного медицинского страхования (GKV). Закон призван сэкономить около €16 млрд уже в 2027 году — за счет ограничения расходов больниц, повышения взносов и увеличения доплат пациентов. Основной удар пришелся на фармацевтическую отрасль.
С 1 января 2027 года производители патентованных препаратов, возмещаемых страховкой, должны предоставлять скидку в 15,5%, тогда как раньше она составляла 7%. Как пояснил представитель министерства здравоохранения, если бы не реформа, взносы работников и работодателей пришлось бы повышать уже с 2027 года.
Изначально правительство предлагало плавающую скидку, которая менялась бы в зависимости от расходов системы, но фармпроизводители раскритиковали ее как непредсказуемую, и в итоге была утверждена фиксированная ставка.
Реакция фармацевтической индустрии: «Болезнь хуже, чем сама болезнь»
Глава Merck KGaA Кай Бекманн заявил, что отрасль «все чаще рассматривается в первую очередь как фактор затрат в системе здравоохранения». Инвестиции компании в размере €2,5 млрд в штаб-квартиру в Дармштадте за последние десять лет теперь, по его словам, «все труднее оправдать в долгосрочной перспективе».
Boehringer Ingelheim в июне объявила об отмене инвестиций в Германию на сумму около €900 млн, запланированных до 2030 года. Менеджер компании Медард Шенмекерс признался, что был «удивлен» законодательством и приостанавливает некоторые инвестиционные решения.
Roche подтвердила, что не отказывается от ранее объявленных инвестиций в размере €600 млн в диагностический завод в Пенцберге, однако предупредила, что будет тщательно оценивать любые будущие инвестиционные возможности в Германии в свете изменений регуляторной политики. Американская Eli Lilly сократила вдвое планы по строительству завода в Альцае, перенаправив часть средств обратно в США: вместо €2,3 млрд будет вложено лишь €1,15 млрд.
Глава объединения инновационных фармпроизводителей VFA Хан Штойтель предупредил, что политика правительства «ослабляет конкурентоспособность Германии» в тот момент, когда решения об инвестициях принимаются «в прямой конкуренции с США, Китаем и другими европейскими странами».
Брюссель тянет в другую сторону
На фоне этих мер Евросоюз завершает работу над пакетом реформ, призванных сделать единый рынок лекарств более интегрированным и конкурентным.
Реформа, которая должна вступить в силу до конца 2026 года (с применением с 2028 года), расширяет так называемое исключение Болара: теперь производители дженериков могут готовить документы для регистрации, оценки технологий здравоохранения и участия в тендерах на получение возмещения еще до истечения патента — без нарушения патентных прав. Также вводятся регуляторные «песочницы» для тестирования новых технологий и упрощаются процедуры регистрации.
На практике же немецкие меры действуют в противоположном направлении. Цены на лекарства и правила их возмещения остаются в компетенции государств-членов, и гармонизировать их Брюссель не может. Таким образом, Германия делает один из крупнейших европейских рынков менее привлекательным для инвестиций — вопреки курсу ЕС.
Американский фактор
Администрация Трампа в июне 2026 года запустила расследование в отношении Германии по разделу 301 Закона о торговле, обвинив Берлин в «систематической недоплате за инновационные фармацевтические продукты» и в практике, дискриминационной по отношению к американской торговле.
Представитель США по торговле Джеймисон Грир заявил, что Германия была уведомлена о возможности избежать расследования — но законодательство все равно было принято.
Введение «режима наибольшего благоприятствования» для цен на лекарства, которое проталкивает Вашингтон, может создать двойной удар: немецкие цены, будучи одними из самых низких в развитых странах (в 2022 году в США они были в среднем в три раза выше), станут ориентиром для американских, что еще сильнее подорвет доходы фармкомпаний.
Последствия: утечка инноваций
Последствия уже очевидны. Количество клинических исследований в Германии снизилось с 641 в 2016 году до 541 в 2024-м, в результате чего страна опустилась со второго места в мире на пятое, уступив США, Китаю, Испании и Австралии. Биотех-звезда BioNTech, основанная Угуром Шахином и Озлем Тюречи, еще в 2019 году выбрала листинг на Nasdaq, а не во Франкфурте, и в 2025 году заключила сделку с Bristol Myers Squibb на сумму до $11,1 млрд.
Три из четырех немецких заводов компании, выпускавших вакцины от COVID-19, закрываются. Сами основатели планируют покинуть компанию, чтобы начать новый бизнес, и пока не решили, останется ли он в Германии.
«Нужно, чтобы инновации ценились, — резюмирует Медард Шенмекерс (Boehringer Ingelheim). — Или мы не увидим возврата этих инвестиций в Германию или Европу».