21-й пакет санкций ЕС снова забуксовал из-за разногласий внутри союза
Послы стран Евросоюза снова не смогли согласовать 21-й пакет санкций против России, сообщил Reuters со ссылкой на европейского дипломата. Переговоры буксуют сразу по нескольким направлениям: наиболее жесткие ограничения затрагивают интересы судоходных государств, импортеров российского СПГ и рыбы, а также стран, оформляющих большое количество российских виз.
На время дальнейших обсуждений послы договорились сохранить потолок цен на российскую нефть на уровне $44,10 за баррель — как минимум до 23 июля. Глава европейской дипломатии Кая Каллас ранее признавала, что в предложенном пакете остаются «открытые вопросы».
Санкционные решения ЕС требуют единогласной поддержки всех 27 государств. Поэтому первоначальные предложения Еврокомиссии приходится согласовывать не только с заявленными внешнеполитическими целями, но и с экономическими, юридическими и административными интересами отдельных стран союза.
Что Еврокомиссия предложила включить в пакет
Еврокомиссия представила проект 21-го пакета в июне. Его центральной частью должны стать ограничения против российского финансового сектора: заморозка активов почти 90 банков, запрет операций еще с 35 кредитными организациями и меры против 11 криптовалютных платформ, которые Брюссель обвиняет в содействии обходу санкций.
Кроме того, проект предусматривает санкции против производителей беспилотников, нефтетрейдеров и переработчиков, а также еще 30 судов, которые ЕС относит к российскому «теневому флоту». Впервые в санкционный пакет включили ограничения на импорт отдельных видов рыбной продукции и высокотехнологичных металлических сплавов.
Брюссель представлял проект как попытку нанести масштабный удар по российской банковской системе и нефтяным доходам. Однако по мере переговоров почти каждый спорный блок оказался связан с издержками для конкретных стран или компаний самого Евросоюза.
Нефтяной потолок столкнулся с интересами судоходных стран
Потолок цен позволяет европейским компаниям предоставлять страховые, транспортные и другие услуги при перевозке российской нефти только в том случае, если сырье продается ниже установленного уровня. Действующий механизм предусматривает пересмотр лимита каждые шесть месяцев: он должен оставаться примерно на 15% ниже средней рыночной цены.
Из-за роста нефтяных котировок очередной автоматический пересмотр мог поднять потолок с $44,10 примерно до $58 за баррель. Еврокомиссия сочла такое повышение ослаблением санкционного давления и предложила временно зафиксировать нынешний лимит. После провала переговоров 15 июля срок действия уровня $44,10 продлили пока только до 23 июля.
Против резкого изменения механизма выступали Греция, Мальта и Кипр, располагающие крупным судоходным сектором. Представители этих стран указывали, что нефтяной потолок создавался не только для ограничения российских доходов, но и для сохранения стабильности мирового энергетического рынка, а его пересмотр необходимо координировать с партнерами по G7.
Отдельные государства также возражали против полного запрета европейским компаниям страховать, финансировать и обслуживать любые суда с российской нефтью независимо от ее стоимости. Греция и Мальта ранее блокировали наиболее жесткий вариант этой меры, который непосредственно затрагивал бы их морской бизнес.
СПГ, рыба и визы пришлось обсуждать отдельно
Еще одним нерешенным вопросом стало ужесточение ограничений на российский сжиженный природный газ. В проект вошли запрет перепродажи России танкеров для СПГ и дополнительные ограничения на транзит российского топлива через европейские воды. Министр иностранных дел Литвы Кястутис Будрис публично предупреждал, что экономические интересы не должны становиться важнее безопасности, однако консенсуса по этому блоку пока нет.
Споры разворачиваются на фоне уже принятых планов ЕС отказаться от российского газа с 2027 года. Долгосрочные контракты с проектом «Ямал СПГ» имеют французская TotalEnergies, немецкая SEFE и испанская Naturgy. Последняя оценила связанные с российским газом обязательства, которые может затронуть запрет, в €10,95 млрд.
Торговые меры вызвали сопротивление Португалии и Германии. Лиссабон добивался смягчения запрета на российскую треску, поскольку бакаляу занимает важное место в национальном потреблении и поддерживает связанную с ним перерабатывающую отрасль. Берлин выражал аналогичные опасения из-за импорта минтая; для Германии компромисс уже нашли, тогда как переговоры с Португалией продолжились.
RTVI ранее разбирал, почему впервые включенные в санкционный проект ограничения на российскую рыбу затрагивают не только российских экспортеров, но и европейских переработчиков и потребителей.
Первоначально Еврокомиссия также предлагала запретить въезд людям, служившим в российских вооруженных силах после февраля 2022 года. Франция и Италия возразили, что широкая формулировка затронет призывников, не участвовавших в боевых действиях, создаст дополнительную нагрузку на консульства и породит юридические риски.
После их возражений меру сузили: теперь предполагается ограничить краткосрочные визы только для тех, кто непосредственно участвовал в боевых действиях на Украине. В проект также добавили исключения по гуманитарным причинам, в национальных интересах и для исполнения международных обязательств.
Почему громкие обещания приходится смягчать
Разногласия затронули даже персональные санкции. Болгария выступила против включения в черный список патриарха Московского и всея Руси Кирилла и бывшего главы «Лукойла» Вагита Алекперова. София ссылалась соответственно на религиозные соображения и на иск «Лукойла» к болгарскому государству примерно на €3 млрд.
В итоге переговоры о 21-м пакете превратились в поиск баланса между внешнеполитическими заявлениями Брюсселя и внутренними интересами стран ЕС. Морские государства защищают судоходство, Франция и Италия — возможности своих визовых служб, Португалия и Германия — рынки рыбной продукции, а ограничения на СПГ создают риски для крупных европейских энергетических компаний.
Это не означает, что санкционный пакет будет полностью отклонен. Государства ЕС могут исключить отдельные положения, расширить переходные периоды или принять наиболее срочные меры отдельно. Однако способность союза реализовать первоначальный проект в полном объеме остается под вопросом: чем шире санкции, тем больше отраслей внутри самого ЕС несут связанные с ними расходы.