100 тысяч лет под землей: зачем Финляндия строит хранилище отработанного ядерного топлива
Разные пути атомного будущего: почему Финляндия выбрала захоронение, а Россия – замыкание цикла
Финляндия построила первое в мире хранилище для отработавшего ядерного топлива, рассчитанное на 100 тысяч лет. Проект Onkalo называют технологическим прорывом, но вокруг него остается главный вопрос: это окончательное решение проблемы ядерных отходов или способ отложить ее решение на будущее? Пока Хельсинки делает ставку на глубокое захоронение, Россия и ряд других стран развивают технологии переработки топлива и замыкания ядерного цикла. Эксперты рассказали RTVI, почему страны выбирают разные подходы к будущему атомной энергетики, насколько реалистично обеспечить безопасность на столь долгий срок и может ли финская модель стать примером для других государств.
Что такое Onkalo и как это устроено
Onkalo – это первый в мире объект глубокого геологического захоронения отработавшего ядерного топлива, который получил разрешение на эксплуатацию. Его построила финская компания Posiva рядом с атомной электростанцией «Олкилуото» на юго-западе страны.
Главная задача проекта – найти безопасный способ хранения такого материала.
Отработавшим ядерным топливом называют топливо, которое уже использовали в атомном реакторе для производства электроэнергии. Оно остается высокорадиоактивным и продолжает выделять тепло, поэтому требует специального обращения: его либо перерабатывают для повторного использования, либо помещают в хранилища.
Сегодня большинство стран используют временные решения. После извлечения из реактора топливо сначала помещают в бассейны для охлаждения. Затем его могут переместить в специальные сухие контейнеры для хранения. Однако такие способы требуют постоянного контроля со стороны человека и поддержания инфраструктуры. Поэтому еще с середины XX века атомная отрасль искала способ создать объект, который сможет обеспечить безопасность без постоянного вмешательства будущих поколений.
Так, Финляндия начала разрабатывать Onkalo. Он представляет собой систему подземных тоннелей и шахт, расположенных примерно на глубине 400–450 метров в древних гранитных породах финского побережья.
Выбор места был связан с геологическими характеристиками региона. Финские специалисты искали участок, где горные породы отличаются стабильностью, имеют низкую водопроницаемость и способны обеспечить естественную защиту от распространения радиоактивных веществ.
Отработавшее топливо планируется помещать в специальные чугунные контейнеры с внешней медной оболочкой. Затем эти капсулы будут окружены бентонитовой глиной, которая должна препятствовать проникновению воды и распространению радиоактивных веществ. Дополнительную защиту обеспечивает сама окружающая скальная порода.
Почему Финляндия одобрила эксплуатацию именно сейчас
Проект Onkalo не был ответом на энергетический кризис последних лет. Финляндия начала разрабатывать систему окончательного захоронения отработавшего ядерного топлива еще в 1980–1990-х годах, когда страна только формировала долгосрочную стратегию развития атомной энергетики.
Тогда главной задачей было не снижение зависимости от конкретных поставщиков энергии, а решение фундаментальной проблемы любой атомной программы: что делать с топливом после его использования в реакторах. Однако запуск Onkalo происходит уже в другой экономической и политической реальности.
За последние годы Финляндия столкнулась с необходимостью пересмотра своей энергетической политики.
До 2022 года Россия оставалась одним из крупнейших поставщиков энергоресурсов для Финляндии. По данным Статистического управления Финляндии, в 2021 году на российский импорт приходилось около 34% всего энергопотребления страны. Наиболее высокой была зависимость от российского природного газа — 92% потребляемого газа в Финляндии поступало из России. Кроме того, Россия обеспечивала около 80% импорта сырой нефти, 52% импорта угля и примерно 51% чистого импорта электроэнергии Финляндии.
После 2022 года эти связи начали быстро сокращаться. Импорт российской электроэнергии был прекращен в мае 2022 года.
На этом фоне встал вопрос энергетической самостоятельности для многих европейских стран. Финляндия сделала ставку на развитие внутренних источников генерации, включая атомную энергетику. Так, в 2023 году страна ввела в эксплуатацию третий энергоблок АЭС «Олкилуото» – крупнейший атомный реактор в Европе.
При этом развитие атомной энергетики создает собственную долгосрочную задачу – необходимость безопасного обращения с отработавшим топливом.
Финский выбор: захоронить или использовать повторно?
Однако главным остается вопрос: является ли глубокое геологическое захоронение окончательным решением проблемы ядерных отходов или только одним из возможных вариантов.
Финляндия выбрала путь изоляции отработавшего топлива. Но в мировой атомной отрасли существует и другой подход: использовать отработавшее топливо повторно, извлекая из него материалы для производства новой энергии.
«Есть же отработавшее ядерное топливо, которое не всегда приравнивается просто к отходам. Его можно будет в будущем использовать», – сказал эксперт Финансового университета при правительстве России и Фонда национальной энергетической безопасности Станислав Митрахович.
По его словам, главный вопрос заключается в развитии технологий переработки и в том, насколько широко они смогут применяться.
Одним из примеров такого подхода эксперт назвал Россию.
«Россия, например, взяла курс на создание и постепенную коммерциализацию реакторов на быстрых нейтронах, которые в теории позволят дожигать часть этого ядерного топлива и как бы заново тем самым использовать, приближаясь к замыканию атомного цикла», — отметил Станислав Митрахович.
Смысл такого подхода, объяснил эксперт, заключается не только в уменьшении объема отходов, но и в более эффективном использовании самого ядерного сырья.
Более критично к финскому решению относится эксперт Финансового университета Игорь Юшков.
По его мнению, будущее за переработкой топлива, а не за его окончательным захоронением.
«Отработанное ядерное топливо надо перерабатывать, а не захоранивать», – заявил эксперт.
Собеседник RTVI также отметил, что Россия развивала такие технологии еще с советского периода.
«Россия как раз идет по пути переработки отработавшего ядерного топлива. И сейчас Росатом вообще замыкает ядерный топливный цикл», – рассказал он.
При этом эксперт считает, что Финляндия выбрала другой путь, поскольку не располагает собственной системой переработки отработавшего ядерного топлива и прекратила сотрудничество с Россией в атомной сфере.
«Так как Финляндия с Россией теперь не сотрудничает, им надо куда-то девать это отработанное ядерное топливо, и они его будут захоранивать», – заявил Игорь Юшков.
Европа оказалась между двумя моделями атомного развития
Финский проект также отражает более широкий конфликт внутри Европейского союза. Пока одни страны пытаются развивать атомную энергетику, другие продолжают курс на отказ от нее.
«Европейский союз не имеет такого прямого единого мнения по атомной энергетике. Там есть разные страны, которые придерживаются разной позиции», – объяснил Станислав Митрахович.
По его словам, показателен пример Германии, которая отказалась от атомной энергетики, тогда как Франция продолжает делать на нее ставку.
При этом эксперт подчеркнул, что основные темпы развития новых атомных технологий сегодня находятся все же за пределами ЕС.
«Тенденция к движению более мощная в России и в Китае, потенциально в Америке, чем в Европе», – сказал собеседник RTVI.
Главный спор вокруг Onkalo: можно ли планировать безопасность на 100 тысяч лет
Финская модель предполагает, что система природных и инженерных барьеров сможет обеспечить изоляцию радиоактивных материалов на протяжении огромного периода времени.
Однако такой временной горизонт трудно оценить, поскольку невозможно точно предсказать развитие технологий, изменение условий окружающей среды и потребности будущих поколений.
Игорь Юшков ставит под сомнение саму возможность планировать развитие атомной энергетики на столь долгий срок.
«Ну, конечно, это уже сразу показывает, что на самом деле никакого там плана, наверное, нет. Просто на следующее поколение перекладывают всю эту ответственность и так далее. Конечно, никакой реалистичности в подобных сроках нет», – заключил эксперт.